Афоризмы инструментальной мудрости

1. Жизнь никогда не может дать ответов. Это противоречит её природе. Жизнь всегда есть вопрос. Но иногда можно попробовать найти решение в конкретный момент и в конкретном месте.

2. Жизнь — необъятный окорок, который не сможешь проглотить за раз. Даже если ты будешь отрезать по кусочкам каждый день, каждый час, каждую минуту — ты не съешь и сотую его часть до конца своих дней.

3. Хвала небесам, что нет бессмертия в нашем мире. Иначе какое великое горе ждало бы человечество — были бы бессмертны не только наши добродетели, но и все наши грехи и все наши монстры. Человек погрузился бы в вечный страх и уныние, и никакая любовь уже нас не спасла бы.

4. Человек легко верит в смертность явлений, но единственное, во что он так и не может поверить — в собственную смертность. Не мозгом, но глазами и духом не верит он.

5. Философия начинается с двух вещей: с постановки проблемы и с диалога. Одного элемента нет — и это просто размышления под банку Жигулёвского.

6. В первую очередь обучение учит ни знаниям, ни умениям, ни навыкам, а умению искать и находить.

7. Человек обречён быть философом. Потому что он пожирает бытие.
Человек обречён быть психологом. Потому что он пожирает людей.

8. Целесообразен тот вопрос, ответ на который может что-то изменить. Но если вопрос не представляет из себя ничего больше, чем снобизм, то это жалкий вопрос.

9. Самое обидное в нутре человека, когда не получается быть последовательным. Когда разумом ты открыл истину или новое моральное правило, которое тебе ближе, но ты продолжаешь жить старыми обидами и быдлячими понятиями. Но этот внутренний абсурд нужно преодолеть.

10. В мире, в котором мы живём — в аксиоматичном мире — не бывает человека без веры.

11. На мой взгляд, одна из лучших и первых добродетелей — честность перед самим собой. Ведь невозможно искать истину, будучи неистинным в своих помыслах и действиях.

12. Нет нормальнее человека в собственной парадигме, чем он сам. Потому что человек есть Мерило всех мерил.

13. Человек ничего не знает о жизни других людей. Он знает только о жизнях себя, но с другими атрибутами.

14. Опыт не может быть очевидным. Особенно тот, которого не имеешь.

15. Философ должен быть жизнеутверждающ. Иначе что есть философия, если не Небытие?

16. Кому какое дело до «идеала самого по себе», раз его нет? Но люди не перестают видеть идеальное — им есть дело до «прагматичного идеала».
Если две палки равны, хотя одна чуть кривее, а другая чуть другого оттенка, они не «равны сами по себе», они прагматично равны.
Если я считаю свою девушку идеальной, даже если у неё есть недостатки, но достоинства так сильно перевешивают их, что минусы теряют значение, значит, она не «идеальна сама по себе», но она прагматично идеальна.

17. Новатор — не тот, кто первее придумал, а тот, кто первее крикнул и заставил толпу кричать в ответ: «Да! Да! Мы думали так же!».

18. Я есть, потому что я был рождён. У рождения нет смысла — моё рождение есть первопричина, а у первопричины не может быть смысла.

19. Не было такого прекрасного, что не было безобразным.

20. О чём не знаешь достаточно, о том следует молчать.

21. Что такое обезьяна в отношении человека? Посмешище или мучительный позор. И тем же самым должен быть платонизм для философии: посмешищем или мучительным позором.

22. Человек, утверждающий о слабости, автоматически подписывается под несколькими обстоятельствами:

• определение шкалы силы
• определение силы как максимума шкалы
• определение понятий «сила» и «слабость»

Но если он ещё утверждает о моральной составляющей, он взваливает на себя самую дерзкую ношу — доказательство смысла силы.

23. Безумие — это сильнейшая логика, которая ещё не была подчинена слабым разумом человеком. Если вы считаете что-то безумием, то скорее всего вы не увидели его логики. Если бы безумие было бы действительно таким хаотичным, каким его малюют, а А не выходило бы из Б, то вы бы не хотели даже выходить из дома.

24. Лицемерие — это не только чистое зло и признак гения-нарцисса-психопата-манипулятора. Часто это признак, что картина мира человека настолько сложна для него, что ещё не смогла сложиться в единое логичное целое. Поэтому подростки часто лицемерны, особенно в тяжёлых этических вопросах. Это не приговор, по крайней мере до тех пор, пока ты ещё борешься.

25. «Подсознательное» есть хаос и небытие для человека, а «сознательное» — анализатор, который пытается их просчитать.

26. Солнце светит всем одним и тем же светом, но греет всех по-разному.

27. Не бывает критика с холодным носом. Невозможно критиковать что-то, не впустив это в сердце своё.

28. Если ты шаришь за что-то нишевое — ты пришёл слишком рано. Пришёл до того, как это стало попсой.

29. Слепа та надежда, что смотрит лишь на поверхность предмета, а не сквозь и не внутрь него. Всякая подобная надежда обречена на разочарование.

30. Человек — частично гнилое существо. Гниль разрастается в нём, и каждый мечтает от неё избавиться. Но что останется от человека, если он вырежет всю гниль? Бесформенные случайные добродетели.

31. Если ты не веришь в прекрасность человека и видишь его грязным монстром, помни — идеалы, по которым ты судишь его, ты получил от человека.

32. Человек, презирающий культуру людей, должен признать, что этот меч презрения дали ему люди.

33. Если у человека детство — лучший и самый лелеемый период жизни, у него была ужасная жизнь.

34. Человек должен быть безудержной Волей. Воля есть свеча. Ей не престало быть под сосудом или под кроватью.

35. Желание и страх есть одно. Это синонимы Жизни.

36. Никто не может унизить человека так же сильно, как он сам. Поступки человека — его единственное унижение.

37. Человеку должно хватать наглости быть человеком.

38. Самая изобретательная и изощрённая пытка — быть человеком.

39. Человек — самое удивительное животное. Только оно может говорить: «Мне от этого так больно, что я не могу жить», и при этом продолжать жить.

40. Человеком тебя делает только твоё тело. Всё. Чрезмерная любовь к морали делает тебя не человеком, а снобом.

41. Человеку суждено жить. Насколько бы дело ни было дрянью, он не может просто так решиться бросить всё и умереть. И самый трагичный исход, если человеку настолько плохо, что он всё же решается на суицид. Ведь он хоронит не просто своё тело — он хоронит своё право на счастье и существование.

42. Звёздное небо — над головой, а человеческое бытие — внутри нас.

43. Человек — вечно больное и греховное существо. Единственный момент в его жизни, когда он выздоравливает — это его смерть. Это абсурд, но именно в нём — прекрасность жизни. И становление человеком приходит к грешникам, а не к праведникам.

44. Каждый грезит о свободе. Только кому-то хватает той неволи, в которой он живёт, и искренне называет её свободой.

45. Утроба — это фойе жизни, в котором начертано: «Оставь надежду, всяк сюда входящий». Самое прекрасное (и при этом самое жалкое) — что человек надежду не может оставить.

46. Человек — знающее и самознающее животное.

47. Счастлив тот, кто именует себя Воином Человечества. Пока они плачут за других, пока они радуют других, пока они поднимают и воскрешают других, человеческий дух торжествует.

48. Вы слышали о главной моральной трагедии XIX века? Бог умер, и рухнули многие метафизические ориентиры, в том числе и религия. Но я говорю вам: Бог в вашей жизни приходит и трогает вас? Он пожимает вам руку и танцует с вами вальс? Нет! Бог, что с Павлом, что с тобой, был в сердце своём.

49. Я говорю вам, если не о настоящем, то о будущем: Бог ожил. Приди, Христос, приди, Отец гуманизма, и поселись в сердце моём, и сделай меня Богом.

50. Бог умер; теперь хотим мы, чтобы жил он в Человеке.

51. Бог ожил, и мы его вернули.

52. И наступит день, когда Царствие Божие постучит в двери, но никто не откроет.
У кого нет ног, чтобы подойти.
У кого нет рук, чтобы открыть.
У кого нет сердца, чтобы впустить.
Это и будет Апокалипсис.

53. Даже у самого адекватного человека в глубине души сидит и сексист, и нацист, и расист. Но при нём всегда должен быть напильник, чтобы стачивать эти оковы.

54. Думающий, рефлексирующий человек — это сапёр, разминирующий себя каждый день. Нужно действовать аккуратно и препарировать каждую мину. Но иногда хочется бросить всё и разорвать мину на месте, не сдерживаясь, и посмотреть, что вообще останется. Останется ли после этого хоть что-то ценное, что вообще стоило защищать? И даже такие пессимистичные мысли — доказательство того, что есть то, что стоит защищать и лелеять.

55. Человек умирает каждый день — от своих страхов, от своих неловкостей, от своей ничтожности. И что, разве он теряет свою плоть? На следующий день он встаёт со своей постели и идёт снова на эту гибель. «Всё, что не убивает, делает нас сильнее» — так говорил Фридрих Ницше.

56. Скажите спасибо мудакам за то, что они есть. Не будь их, вы бы не знали, кем точно не хотите быть.

57. Иногда лучше недобздеть, чем перебздеть. Иначе можно сесть за превышение самообороны.

58. Надо представить Сизифа счастливым. Без «надо» Сизиф станет повешенным.

59. Нет врага, которого не ненавидишь. Ненависть к нему — то, что делает врага врагом.

60. Ещё не создана та жизнь, что была бы не под властью чувства. Рождённому живым не быть лишь «рацио».

61. Люди никогда не были достойны уважения. Ведь уважение не принадлежит людям. Оно принадлежит поступкам, методам, высказываниям. Люди слишком глубоки, чтобы уважать их. Испытывай уважение к идее, а не человеку.

62. Не сотвори себе кумира. Кумир смертен. Внезапно смертен. И когда все кумиры умрут, тебе не останется, кого уважать. Но кого ненавидеть будет предостаточно.

63. Не позволяй приподнести к своим губам то, что не собираешься проглатывать. Сторонись пути социальной проституции.

64. Если закон возможно нарушить и тем более не получить за это наказания, это не закон.

65. Назвать общество единым и целым — всё равно, что назвать три яблока одним.

66. Человеком тебя делает речь и общество. Ты вправе ненавидеть отца, но помни, кто тебя сотворил.

67. Нередко человек любит не само поедание человека, а послевкусие в момент одиночества и осмысления.

68. Деньги — это не моё имущество, а возможность его расширить. Сами по себе эти бумажки, железки или циферки на счёте ничего не значат и не говорят о моём достатке.

69. Чтобы доказать «должен», нужно доказать «морального законодателя». Без него «должен» может быть только перед самим собой (перед главным законодателем), но не перед всеми людьми сразу.

70. Зло обязано существовать. Свобода воли превыше всего.

71. Неважно, насколько чист человек — на его руках всё равно есть кровь. Но беда в том, что никто не видит её объективно — каждый видит разные пятна крови.

72. Если ты позволяешь отменить свою мораль по отношению к быдлу и уподобиться им, то ты такое же быдло, как и оно.

73. Представьте себе плотника, которому нужен молоток, а его первой мыслью будет не «Как мне скрепить эти детали? Тут мне понадобятся гвозди и молоток», а «Так, по обычаям индивидов моего рода, я должен использовать молоток… Я не знаю, зачем и почему именно его, но это вроде работает». Действительно странно? Как можно пользоваться инструментом без знания его работы? Так вот мораль — такой же инструмент, как и прочие, но человечество забыло о его сути.

74. Человек, морализируя без цели, промахивается мимо унитаза.

75. Мораль как догма — это красивая картина псевдоинтеллектуала: цена огромная, а смысла — ни на грош.

76. Мораль — как меч: она продолжение руки. Если она не продолжение, но отторгается рукой, то это не мораль.

77. Добродетель не принимают силой.

78. Мораль невозможно навязать. Можно заставить человека делать, но думать — нет.

79. Общество с навязанной моралью стреляет себе в ногу сегодня и собирается продолжить завтра.

80. Милосердие по принуждению — это не милосердие. Милосердный недостаточно беден, чтобы давать милостыню.

81. Всё, что говорят в духе «Мужчина должен» или «Женщина должна» (например, должен уметь или знать), всегда ошибочно. Стремиться и уметь должен человек, а мужчина и женщина «должны» только одно — оплодотворяться.

82. Мизандрия и мизогиния — стороны одной медали, ведь они обе — ненависть к человеку с атрибутом гендера.

83. Женщина, мечтающая о матриархате, но ненавидящая патриархат, ненавидит себя же, но с пенисом.

84. «Женщина тоже может» — это подтверждение твёрдого исключения, а не разрушение гнилого устоя. Тебе нужен ни флейта феминизма, а молот гуманизма.

85. Гордость полом — следствие жалости к себе. Гордый и сильный человек не будет гордиться своей биологией.

86. Требуешь нежность за свой пол? Хорошо. Требуй её и за особенности тела — и за болезни, и за цвет глаз, и за целлюлит на бёдрах. Будь последователен.

87. Требовать от женщин «женственности» — всё равно что вассалу раздавать приказы не на своей территории.

88. Женственность у женщин — всё равно что стульность у стула. Мёртвый платонизм.

89. Человек достаточно чистоплотен, чтобы кривиться от гендерных бирок.

90. Ты можешь любить пол, но морализировать полом — абсурд. Биология для морали — ничто.

91. Моё мужское начало начинается в пенисе и в нём же заканчивается. Самый мерзкий комплимент в мой адрес — назвать мои добродетели «мужественностью».

92. Ни о мужчине, ни о женщине нельзя сделать суждения. Их невозможно ни любить, ни ненавидеть. Вы любите пенис? Вы ненавидите вагину? Нет. Любите или ненавидите вы только человека.

93. С мужчинами я сотрудничаю, на женщин — дрочу, но только людей — люблю.

94. Идёшь к женщине? Не забудь разум.
Идёшь к патриархальной женщине? Не иди. Или возьми плётку.

95. Человек должен быть нуждающимся. Всё, что ему нужно — это Любовь.

96. Мысли о любви во время тоски и чувства одиночества то же самое, что мысли о еде во время голода — ничего рационального из них родиться не может.

97. Любовь к себе — самая главная и верховная любовь, из которой рождаются все остальные. Пока ты любишь себя, тебя всё ещё любит один человек. Когда ты перестаёшь любить себя, ты падаешь в бездну.

98. Любовь — даже самая беззаветная и наивная — есть высшая добродетель. Но нет любви болезнее той, что дана не тому человеку.

99. Любовь без взаимности — это:
Как дрочить, но перед тем, как кончить, бить себя по рукам.
Как бежать и резко тормозить у самой стены.
Как смотреть на витрину, полной еды, но стоять на холодной и пустой улице.

100. В сексе не бывает «обслуживаемой» и «скучающей» стороны. Иначе секс не многим лучше мастурбации.

101. Спорить с возлюбленным о том, чья любовь сильнее — обесценивание чужой любви и самолюбование собственным чувством. Признание чужого чувства — первый шаг к здоровой любви.

102. Огромная редкость, когда отсутствие одежды делает человека сексуальнее, а не наоборот.

103. Лучше любовь без адресата, чем любовь без взаимности.

104. Миром правит любовь. Иначе в нём остались бы только ходячие мертвецы.

105. Человек, ни на что не способный без возлюбленного, не достоин любви.

106. Романтика начинается с взаимности. Без взаимности — это просто экзистенциальный подростковый кризис.

107. Лучше быть геем, чем не быть любимым.
Лучше любить свой пол, чем не сыскать любовь ни от одного из них.
Лучше быть «педиком», чем сидеть на социальной обочине жизни.

108. Небеса скоро упадут, и его осколки разлетятся по земле. Под его тяжестью умрут все мужчины и женщины, все расы и этносы. И из-под трупов и прочего хлама гордо выползет Человек. На свет явит свой лик Мастер.
Тот, кто сам строит свои ценности.
Тот, кто гордо идёт, зная, что делает.
Тот, кто отринул ритуальность и божественность.
Тот, кто воспевает торжество человеческого духа.
Приди же, Человек. Приди, наш Мастер, и подари нам торжество человеческого духа.

109. Глуп тот раб, что платит своей свободой ради ритуала «общей» морали. Но ещё глупее тот бунтарь, что платит ещё большую цену ради пустого бунта в вакууме, который не меняет ни общество, ни себя самого.

110. Если хотите стать свободным от оков лицемерия, начните желать смерти идее, а не человеку.

111. Раб — ребёнок, который активно глотает мир взрослых.
Бунтарь — подросток, для которого мир взрослых прогнил.
Мастер — взрослый, который перед тем, как глотать мир взрослых, ножом и вилкой отделяет его от гнили.

112. Я соответствую своей цели, следовательно, я свободен.

113. Нечего Мастеру бояться своей плоти. Дух его рождён из плоти его.

114. Бунтарь, нещадно отвергающий «мораль глупостей», всё равно что врач, отвергающий медицину при Гиппократе. В обоих случаях старая дикость породила не только настоящую глупость, но и их будущую надежду.

115. Человек — животное самолюбивое. Ему сложно поверить, что кто-то может не любить то, что любит он. Для него обычное хобби или любимый мультфильм в детстве может быть «тестом на человека». Это и есть «завышенное человеческое самомнение».

116. Мастер есть Мерило всех собственных мерил.

117. Золотая середина — не тропинка в лесу, а рыболовная леска, которую повесили вместо каната. И Мастеру суждено встать на этот путь. Или суждено упасть — либо в «мораль глупостей», либо в «алую анархию».

118. Если враг посягает на твою жизнь, на твоё мировоззрение, ты не можешь быть не радикальным — либо пощади из его немощи, либо убей на месте. Человек — не спорящий, не вопрошающий, а атакующий и снобящий — не имеет право на уважительную дуэль.

119. Чтобы стать гением, нужно оторваться от земли и лететь. Нужно перестать быть частью мира, собственностью мира. Чтобы быть гением, чтобы быть единственным, сделай мир своей собственностью.

120. Бунтарь есть Император. Мастер не мог быть не Бунтарём и не Императором. Но он должен выбрать другой путь и стать Плотником из Назарета. Мастер есть Император, но другого порядка. Он есть Император не в Узурпации, а в Творении.

121. Раб есть Крепостной Культа.
Бунтарь есть Император Узурпации, но есть Крепостной Нигилизма.
Мастер есть Император Творения.

122. Добра и зла не существует, как и слов «хорошо» и «плохо». Есть только «соответствует цели» и «не соответствует цели».
Если мне не нравится романтическая комедия, то это не «плохо» — это не соответствует моей цели.
Мораль придумал человек для ориентира — «иду ли я в сторону исполнения моего желания?».

123. Нет ничего более мерзкого, чем люди, напяливающие на свои ноги бирки («мужчина», «защитник», «хранительница очага», «чистокровный», «благочестивый») и гогочущие от того, что у кого-то эти бирки другого цвета, но не качества.

124. Бирка делает из вольного человека бездумную буйную стихию — людей превращает в нелюдей.

125. Раб запрещает себе и боится желать смерти.
Бунтарь желает смерти любому человеку, что стоит на его пути.
Мастер желает смерти идеи, а не её носителю. И это его настоящая сила.

126. Гордиться нацией — всё равно, что гордиться тем, что родился во вторник.
Гордиться расой — всё равно, что гордиться тем, что ты загораешь больше других.
Гордиться полом — всё равно, что гордиться тем, что ты можешь ссать стоя и дрочить пенис, а не влагалище.

127. Жизнь — это ринг, на который выходят спортсмены. Они не собираются убивать оппонента и ломать его волю на всю оставшуюся жизнь. Их цель — отточить своё тело и дух, найти тактики, которые сделают их сильнее противника и помогут побеждать в будущих боях. И вот такая борьба мне симпатизирует.

128. «Бог умер!» — торжественно воскликнул Заратустра. Но его смерть не стала концом, а лишь началом: не умерло ещё более страшное — божественный культ человека. Человек — нечто, что должно превзойти. И себя самого, и этот культ.
Да начнётся смерть божественности в каждом из людей!
Да умрёт каждый из существующих полов или рас!
Да начнётся торжество человеческого духа!

129. «Я Человек — вот мой дворянский титул»
© Евгений Евтушенко, «Монолог Тиля Уленшпигеля»

130. Я быть рождён, чтобы стать Императором. И я лучше останусь без подданных, вассалов и союзников, чем не стану Им.

131. Сейчас моё счастье — это одиночество, так как именно в нём я волен быть тем, кем я являюсь. Но Император не может не расширять границы своей территории.

132. Я не нуждаюсь в мнении тех, кого презираю. Чаще всего я презираю человека из его разума, следовательно, презираю его мышление, следовательно, и выводы из его мышления, следовательно, и слова. Неважно, лестны ли слова или губительны — я презираю их, если они рождены из презренной логики.

133. Если я презираю их и они не имеют надо мной власти, то им и не волено владеть моим чувством. Я стремлюсь не бояться обезьян, от которых мне дурно. Но жаль, что не боюсь не в полной мере.

134. Я есть Человек.
Я есть Воля.
Я есть Познание.
Сократ говорил: «Философ стремится к смерти, ибо он стремится отделить душу от тела».
А я говорю: «Философ стремится к жизни, ибо он стремится принести душу к познанию».

135. Я Ненависть и Ярость, ибо я есть Ода к Радости.
Я Тоска и Скорбь, ибо я есть Ода к Радости.
Я Возбуждение и Счастье, ибо я есть Ода к Радости.
Я Ода к Радости, ибо я есть Полнота Жизни.

136. Я есть Жизнеутверждающая Агрессия. Я так люблю жизнь, что готов её разорвать на куски.

137. Я щенок, не щадящий своих игрушек.

138. Я отвергаю любых мудрецов, особенно властвующих.
Ни один мудрец не больше человек, чем я.
Ни один мудрец чувствует не больше, чем я.
Ни один мудрец волен не больше, чем я.